История

Посёлок у пруда

Уже вскоре после строительства замка Кенигсберг, Тевтонский орден заложил на этом месте хутор и мельницу [10, S. 168]. Для приведения её в действие, а это была водяная мельница, была запружена протекавшая здесь речка, впадающая в Новый Прегель (Новую Преголю). Образовавшийся извилистый пруд получил название по месту, где он находится, и по своему назначению: Лаутский мельничный пруд (Lauther Muehlen-Teich). А речка, соответственно, была названа Мельничным ручьём (Muehlen-Fliess). Просто и незатейливо.

В 1404 году капитул Замланда (то есть коллегия духовных лиц при епископе, участвующая в управлении диоцезом) отдала во владение деревне Лаут, названной также Гросс-Лаут, большой надел земли в 55 хуфенов [10, S. 168].

Плотина и мельница находились на южной оконечности пруда. А недалеко от мельницы на восточном берегу пруда находилось наследственное арендованное имение Лапсау (Lapsau). Впервые оно было упомянуто в документе уже в 1263 году. Нынешний посёлок Заозерье Гурьевского района включил в себя и Лапсау, и близлежащую деревню Вангникен (Wangnicken). На восточном берегу пруда находилось ещё одно живописно расположенное имение — Родманнсхёфен (Rodmannshoefen). Достопримечательностью его являлся холм Пилльберг — вероятно, полевое укрепление древних пруссов [Ibid., S. 168].

Известно, что имением Родманнсхёфен в 19 веке владела семья Туссенов, чья фирма пользовалась большим доверием. Да и они сами. Женщины из этой семьи, к примеру, были замужем за мужчинами, которые что-то значили в Кенигсберге — за издателем и книготорговцем Иоганном Фридрихом Харткнохом (Jochann Friedrich Hartknoch), издателем трудов И.Канта, за торговцем Робертом Мотерби (Robert Motherby) [11, S. 190].

Стояние на Лаутском поле

Бурные и грозные перипетии политической жизни недавно образованного герцогства Пруссия затронули и Лаут. Важные события около него произошли в октябре 1525 года.

Тот 1525 год был связан с большим крестьянским восстанием, начавшемся в сентябре в деревне Каймен (Kaymen, ныне пос. Заречье Гурьевского района). Предводительствуемые местным мельником Каспаром, восставшие крестьяне, число которых достигло четырех тысяч человек, ворвались в замок Каймен и схватили ненавистного им притеснителя — амтмана Андреаса фон Риппе. А после этого — и других дворян в этой местности, заодно и разграбив их имения [10, S. 201-202].

Обратившись за помощью к горожанам Кенигсберга, восставшие напрасно ждали её: помощи они не получили. А вот на переговоры с ними город направил делегацию, возглавляемую ведущим политиком того времени бургомистром Альтштадта Николаусом Рихау (Nikolaus Richau) [1, С. 63].

Переговоры состоялись близ деревни Варген (Wargen, ныне пос. Котельниково Зеленоградского района). В результате была достигнута договорённость, что крестьяне успокоятся и дождутся возвращения уехавшего в Силе-зию герцога Альбрехта. Но при этом дворяне тоже должны были вести себя спокойно и не взваливать на крестьян новых тягостей и различных повинностей. С таким же результатом завершились на следующий день и переговоры дворянства и герцогских советников с крестьянами на горе у Кведнау. Прибыло их туда примерно три тысячи человек, частью на лошадях, частью пешком. Удовлетворённые достигнутой договорённостью, крестьяне вдобавок освободили захваченных ими дворян и вернули многое из похищенных вещей [10, S. 202-203].

Извещённый о тревожных событиях в Пруссии, герцог Альбрехт возвратился в октябре месяце в страну и собрал войско. 28 октября он прибыл с войском в Кенигсберг. Через два дня герцог двинул свою рать из тысячи всадников и тысячи пехотинцев на поле близ деревни Лаут, где он велел собраться крестьянам [1, С. 64]. Их там собралось около 4000 человек. Герцог предоставил им выбор: или сражаться, или сложить оружие и сдаться. Крестьяне выбрали последнее.

Те из них, на которых дворяне указали как на вожаков и зачинщиков (а таковых набралось более 80 человек) были схвачены и посажены в тюрьму. Трое главарей были казнены на месте, одиннадцать — в Кенигсберге, двое -в Каймене и Лаукишкене (Laukischken, ныне пос. Саранское Полесского района) [10, S. 203].

После подавления восстания жалобы крестьян на дворянство и их произвол и притеснения были всё-таки рассмотрены властью, но от этого положение крестьян не улучшилось [Ibid.].

Лаут в 1544-1939 годах

Зима 1544 года была суровой, так что в окрестностях Кенигсберга замёрзли все пруды и остановились почти все мельницы, но не Лаутская. Поэтому зерно везли на эту мельницу [13, S. 14].

В августе 1834 года близ Лаута и Пальмбурга (Palmburg, пос. Прибрежное Гурьевского района) проходили большие манёвры. Их почтили своим присутствием прусский король Фридрих Вильгельм IIIвместе со своими сыновьями и русский генерал-фельдмаршал Иван Фёдорович Паскевич (1782-1856) [11, S. 419].

Все долгие годы и века своего существования Лаут был деревней, да к тому же состоящей из пяти отдельных частей. Только в апреле 1939 года Лаут вместе с другими общинами и населёнными пунктами был включён в состав города Кенигсберга, который тем самым значительно увеличил свою территорию и численность населения. Тем не менее, несмотря на своё новое городское положение, Лаут всё равно сохранил прежний деревенский облик и сельскохозяйственное назначение [12, S. 133].

Деревня Лаут и близлежащие к Лаутскому мельничному пруду деревни и имения Пальмбург, Лапсау, Род-маннсхёфен, Бладау (Bladau, пос. Владимирово), Тропиттен (Tropitten, пос. Кумачёво), Мандельн (Mandeln, не был переименован) относились к церковной общине церкви города Нойхаузен (Neuhausen, город Гурьевск). В самом же Лауте находилось отделение Хабербергской баптистской общины Кенигсберга [9, S. 126-127].

Донесение русского разведчика

В конце 19 века Кенигсберг был опоясан кольцом из 15 фортов — долговременных фортификационных сооружений. Четверо из них располагались вдоль западного берега пруда. Это форты № I «Штайн» (Stein), № la «Гребен» (Groeben), № II «Бронзарт» (Bronsart) и № Па «Барнеков» (Barnekow).

Состояние этой части крепости Кенигсберг в начале 20 века можно установить из донесения неизвестного русского разведчика, проведшего рекогносцировку, то есть визуальное изучение, крепости Кенигсберг в июле 1906 года.

«Я исследовал в крепости Кенигсберг только часть восточного участка, а именно оборонительную линию, образуемую в расстоянии 4-8 верст от крепости мельничным Лаутским прудом (от 200 до 500 шагов ширины); здесь на юге от этого пруда от водяной мельницы и до реки Прегеля (всего одна верста) течёт болотистая река Мюленфлюс. У мельницы сходятся два шоссе, идущие с востока, и находится форт. Прошел по восточному шоссе, мимо <не разб.> до местечка «Хох» и здесь, немного восточнее кольцевого шоссе, в расстоянии 6 1/2 верст от города, увидел большой форт, который преграждает атакующему доступ к крепости через промежуток между Лаутским прудом и рекою Прегель.

На валу стоят 4, по-видимому, шестидюймовых орудия; со стороны горжи видна большая кирпичная казарма (без бетона); казематированные кирпичные траверсы напольных фасов форта покрыты тройным слоем бетона. К горжевой казарме примыкает кирпичный капонир с очень толстым слоем бетона наверху до 6 футов толщиной. На правом фланге форта смежной батареи нет; к левому флангу форта примыкает бетонированная казарма для пехоты; в промежутке между фортом и рекою Прегель не видно никаких фортификационных сооружений. По кольцевому шоссе мимо деревни Хох прошел в северном направлении и здесь также не нашел ни одной казармы. Местность впереди восточного фронта крепости совершенно ровная, форт Лаут имеет чудный обстрел, которому немного мешает водяная мельница. Мельничный пруд, по словам местных обывателей, очень глубок: недавно в нём утонул один кирасирский офицер, переправляясь вплавь через него со своим эскадроном» [2, С. 196].

Бои 1945 года

В первую мировую войну кёнигсбергским фортам не пришлось участвовать в боевых действиях. Но в ходе 2-й мировой войны здесь в январе и апреле 1945 года шли ожесточённые бои. Оборону вдоль западного берега Лаутского пруда в январе 1945 года держала 561-я дивизия народных гренадеров [8, S. 153, карта], которой (до 1.03.1945) командовал генерал-майор Горн (Gorn), а затем полковник Беккер (Becker) [Ibid, S.215; 14, S. 132].

В воде же самого Лаутского пруда, по сообщению организатора инженерной обороны Кенигсберга полковника Бургера (Burger), «было установлено и успешно приведено в действие подледное минное заграждение» [цит. по: 3, С. 26].

27 января советские войска подошли к Арнау (ныне пос. Родники Гурьевского района), а затем вплотную к Лаутской водяной мельнице. Здесь их продвижение, по воспоминаниям коменданта крепости Кенигсберга генерала от инфантерии Отто Лаша, было остановлено силами фольксштурма [3, С. 22].

В начале апреля 1945 года, перед штурмом Кенигсберга Красной Армией, здесь держала оборону 61-я Восточно-прусская пехотная дивизия [3, С. 70] под командованием генерал-лейтенанта Шперля (Sped) [14, S. 132].

Наступление советских войск на этом участке фронта началось утром последнего дня штурма — 9 апреля. С юга и севера в обход пруда удары наносили соответственно 44-я мотострелковая бригада и 324-я стрелковая дивизия под командованием полковника Ивана Корниловича Казака. А затем в центре между ними, переправившись через пруд, — 58-й армейский запасный стрелковый полк [6, см. карту]. Этот полк за образцовое выполнение заданий командования в боях с фашистскими захватчиками при овладении городом и крепостью Кенигсберг и проявленное при этом мужество Указом Президиума Верховного Совета Союза ССР от 17 мая 1945 года награждён орденом Красной Звезды [6, с. 394].

Форты № 1а «Гребен», № II «Бронзарт» и № Па «Барнеков» были оставлены своими гарнизонами в ночь с 7 на 8 апреля. Они отступили к городскому валу. Как утверждает Лаш, «в соответствии с приказом об отступлении…, причем операция эта прошла почти без боя».

Насчёт же форта №1 в воспоминаниях Лаша приводится одна любопытная подробность: «Во время заключительного сражения в начале апреля комендант этого форта майор запаса Фейгель отказался от капитуляции, предложенной противником. Говорят, после этого он был застрелен собственным вахмистром».

Смене названия деревни на посёлок Исаково предшествовали трагические события апреля 1945 года.

Заканчивались бои на Земландском полуострове, части и подразделения выводились уже на отдых. Среди них был и 11-й отдельный автомобильный батальон подвоза 10-й артиллерийской дивизии Резерва Главного Командования, расположившийся в Лауте. Младший сержант Виктор Семёнович Исаков, в честь которого и назван посёлок, служил в батальоне командиром отделения. Родился он в 1919 году в селе Рынки Петуховского района Курганской области, до призыва в армию в 1943 году работал трактористом в колхозе.

Тысячи километров изъездил Исаков по фронтовым дорогам, подвозя боеприпасы, технику и продовольствие, неоднократно бывал под обстрелами и бомбёжками. И вот война заканчивается, можно скоро и домой, к заждавшейся семье. Но вместо воина туда пришла похоронка. О том, как это произошло, рассказал сослуживец Исакова техник-лейтенант А.П. Хотницкий: «Личный состав был занят подготовкой автомобилей к техническому осмотру. 19 апреля солдаты отдыхали. Виктор Иванович, прирождённый крестьянин, отпросился побродить по окрестным полям. К обеду он не возвратился. Я послал на поиск группу солдат. Только на четвёртые сутки, 22 апреля, мы, наконец, обнаружили обезображенный труп младшего сержанта. По-видимому, это сделали гитлеровцы, скрывавшиеся по лесам и болотам. Мы похоронили нашего товарища и на могиле установили памятник» [цит. по: 5, С. 104]. В третьем томе областной книги памяти «Назовем поименно» датой смерти Исакова указывается его гибель в бою 22 апреля.